Двусмысленное название: «раковые шейки».

И воссмердело, и воскишело…

Седина типа в бороду, а бес типа в ребро.

Гипсовое лицо курсанта. Каким же оно будет в старости?

Фэн-шуй? Жуй сам.

За душу дерет.

Всем истцам истец.

-           Ну и носки у тебя!..

-           С утра были свежие.

Книга «История людоедства».

Худшее оскорбление для харизмата: морда баптистская.

«Так на работу хочу, там туалет есть…»

Вкус у блюда был какой угодно, только не омерзительный.

Глазки заблестели, слюнки побежали…

Коллекционер плохих призывов к пожертвованию.

Бородач, похожий на глухаря в брачный сезон.

Все: последний раз, последний два, последний три…

Їдальня – читальня.

«Сырки газированные».

«Две чашки: в одну плевать, в другую есть».

Лакали чай с лактозою.

Мармеладный Джо.

Изощренное слабоумие.

-           Что у вас не болит?

«Обманывать тебя я не хочу, а правда заключается в том, что я ничего не знаю».

Закрытое на совесть и открывать приходится тоже на совесть, иначе не откроешь.

Заклятые друзья.

Дом нетерпимости.

Комбатяня.

«Насколько это возможно в контексте данной ситуации — да».

Воздушный змий.

Ментавр.

Сыновнук.

Кормилец от слова «кормиться».

Алкогель.

Оскал Оскара.

Христианин-абстракционист.

-           Что это у вас такой голос грустный?.. Ха-ха!..

Собака тем лучше служит, чем более она собака. (О некоторых людях).

Преромантичнейшие ферматы.

Завидовал белой, как снег, завистью. Зависть – снега белей. Белая магия, белая зависть. Голубая зависть. Помаранчевая магия. И т.д, и т.п.

Девушка с кунсткамерным ртом.

Захудалые обои, припыленная гитарка на стене. Свет ущербный. Щербатый ведущий. Просто телепрограмма.

Гррромкоговорррящщщий кулек.

Даже цыпки у него были аристократическими.

Номенклатурные существа.

Редкостное по чудовищности сочетание «Авраам Руссо».

На душе как-то подешевело.

Человек, проходя, видит блиц-сцены: мужик пинает ногой колесо, другой прикрываясь букетом, прячется за дерево.

Опьяневший от еды.

Честный предприниматель – это ЧП!

Нынче в моде певица с лицом начинающей алкоголички.

Есть реклама, которая играет, а есть – которая хочет играть.

Телепередача «Человек и благодать».

Глядя на произведение модерниста: да, если бы Бог сотворил нас такими…

Стойкая импотенция.

Интернет-кабак.

Счетчик кукушки.

Наивный максималистик.

«А вы не знаете, что там дальше?» – «Все то же».

В ногах застряло колесо.

Пластилиновые уродцы Валеджо.

Деревянные лики скриншотов.

«Ну сколько можно?» – «Можно? Но сколько?»

Певец с прегнусным голосом – и популярен!

«Над пропастью во лжи».

Девиз: «Каждому по чайнику!»

Когда работа кипит, главное – не выкипеть.

Человекообразный человек.

Каменноликий диктор.

Тяжелая форма педикулеза: тотальный.

«День не зря пропал».

Некоторые фильмы ассоциируются с запахом дезодоранта для туалета.

Аморально грязный стол.

Слово «галиматья» пишется через «а», но так хочется, чтобы через «Ооо»!..

Полуриторический полувопрос.

Кормящаяся мать.

Такой смешной, когда серьезный.

Он так благодарил, что хотелось дать что-нибудь еще.

Я знаю: невидимый за зеркальной шторкой  очков, опускается взгляд.

В его взгляде я прочитал свой диагноз, впрочем, довольно доброжелательный.

От его крика разрывались мобильники.

Звучало странно, как органная токката, сыгранная на ксилофоне.

«Аминь» на «амине»,  а толку?

«Понты» — кратчайший путь к «беспонтовости».

Детективы – скукотища, мистика – детский лепет, фантастика – сказки для взрослых. Все жанры хороши, кроме лучшего! Пророчествуй! Пророчествуй этой земле великую Божью славу! Время посещения Его – пророчествуй!

Не успел добавить, как уже надо убавлять.

Тень от ресниц на щеке.

Опоздать всегда успеем.

Бандитский свист сигнализации.

Не вписался бультерьер в интерьер.

Костлявая рука религии.

Застигнут на месте благодеяния.

Если кто-то читает твои мысли, перестань мыслить: что он будет читать?

Соль, которая стала – ни в рыбу, ни в мясо.

Накопление материала для литературного произведения подобно парфюмерной мацерации – до полного насыщения.

Он будет помогать тебе ему помогать.

«У нас длинные руки». – «А у нас – ноги».

Вместо сердца – краб.

Дорогу перебежал черный полиэтиленовый кулек.

Вспомни, все ли ты забыл.

Все чаще слово «одержимый» употребляется, как комплимент.

Спуск – это подъем в обратном направлении.

А если не больно, то не срослось.

Времени в обгрыз.

«Мы не гробы, гробы не мы».    (хор фарисеев)

Сисадмин всемогущий.

«Стой, стрелять буду!» — «А?..»

«Happy end»: зло было побеждено добром, которое изрешетило его из крупнокалиберного пулемета, сбросило с крыши небоскреба и взорвало в машине.

Местечковая мистичка.

Только дети и старики могут по-особому пристально и неотрывно смотреть в глаза.

Мистресс Депрессия.

«У меня камни в почках». – «А у меня в чайнике».

Алкогольная моногамия: только портвейн.

«Кто тут – животное?»

«Я согрел эту котлету собственными руками».

«Ну и дурак же я», — подумал он. И погрустнел.

Украинская мантра: «Спокуси немає… Спокуси немає…»

«Ну, и кто – мальчик, девочка… или кто?..» (из разговора на улице)

«Надо бы покосить». – «Да я не умею». – «Ой, да ты всю жизнь косишь». (из разговора на улице)

Юноша с физиономией бультерьера.

«Я гуру». – «Я тоже. Но молчу».

«Еду правильно…глядь, а перед лицом асфальт». (учимся кататься на скейте)

«Изучаю изучающих мя». (по Серафиму Саровскому)

«Ну, ты голова!..» — «В профиль? В фас?»

Вначале всех построил, потом всех сломал.

Рукописи не горят. Горят авторы. Вечно.

Медлительный, спокойный, вязкий, как мед.

Твоему мужу очень нужна твоя жена.

Цепи мазохиста – явленное, овеществленное рабство дьявола.

На тебя не обращают внимания? Постучи палкой по пустому ведру!

«Увидел рисунок на заборе – и ну подражать! Особливо, ежели надпись под рисунком шибко поэтичная».

Зычный басок старушки, разговаривавшей со своим пуделем, раздавался на весь двор, хотя ее еще не было видно за деревьями и скамейками.

«Рыболом»: разновидность христианина.

У нее было неподвижное, как маска, лицо прирожденой садистки, оживающее румянцем и улыбкой лишь тогда, когда ей удавалось приничить боль – сильную боль! Никогда не знавшая настоящего удовольствия вне страдания других. Навязчивая мечта, не покидавшая ее ни на миг: сырой от крови и пота застенок, где в розовой пене криков и содроганий она купается, продобно Афродите, возрождаясь вновь и вновь. «Неумолимая».

Старушка с окаменевшим счастливым лицом. Вокруг – застывше-счастливые лица.

Почему мне бывает так грустно, когда удается подсмотреть за чужой жизнью… слишком похожей на мою собственную.            (у скрытой камеры)

Антилопа аккуратно срывает желтые цветы и поедает их.

Люди, которых везут (в авто, к примеру) производят впечатление пассивной беззащитности, они могут лишь смотреть по сторонам с трогательным выражением и разве что почесать затылок или зевнуть.

Ослепительные подобия нимбов скрывают скромные подобия рогов.

Игривый мир суффиксов и префиксов: цветистые кустики над скромными корнями-тружениками.

Познавать можно, лишь практикуя.

Блики, как бегущие огоньки иллюминации, скользили по блестящим стойкам стеллажа, который везли на тачке под лампами в переходе метро.

Реплики в метро: проклятия по любому поводу, типа «электричка ушла…», толкнули в толпе и т.п.

Оккультная газетенка «Ваша судьба»: вот она какая, судьба твоя, человече!.. Не читай, братец, раком станешь…

«Стробоскоп»: отсвет, бросаемый стеной, освещаемой солнечными лучами, проходящими сквозь крону дерева, колеблемую ветром, на другую стену, противоположную.

- Сейчас вы узнаете, какой погода сегодня не будет.

Кто не любит рекламу, не любит жизнь.

Достоевский – внутренний, изнутри, о человеке. Толстой – внешний, извне, о людях. Я лечу сквозь «Войну и мир»…

Он посмотрел на меня и по его взгляду я понял, что он меня не видит.

Обычно собеседника перестают слышать раньше, чем он перестает говорить.

«Пройти, оставив легкие следы»: такие легкие, что можно стереть салфеткой, но не хватит вечности, чтобы забыть.

Это было, словно капля кипятка, упавшая на колено: вначале видишь темное пятно на ткани брюк и чувствуешь легкий толчок, а потом – боль ожога.

«Мне не нужно, чтобы часы показывали время, я хочу слышать их  бой».

Так же немыслимо, как раздавить бактерию.

Дзен приходит, дзен уходит. Сущность остается.

В мое время не было компьютерных игр, но я рисовал войну на бумаге, убивая своих героев (позже – писал об этом). Дело не в игре, в которой убивают, дело в человеке, рожденном убийцей. И перерождение может состоятся только в Иисусе. И творцы игр, и пользователи – люди, рожденные людьми. Первородный грех – для всех, следовательно, спасение – для каждого.

Сноб – законник, фарисей от культуры.

Когда бьешься головой о стенку, слышнее всех тебе самому.

Есть слова, которые я знаю, а есть порядок этих слов, который знает Бог. Я хочу, чтобы это соединялось!

Из-за угла бесшумно, как умеют только звери, показалась голова собаки и в тот-же миг так же бесшумно исчезла.

Паук – две кисти рук.

Несокрушимый профиль.

Среди молодой зелени – вспышки соцветий.

На столбах – объявлений парша.

Десяток соловьев создают переливающееся звуками пространство.

Правый канал – лягушки, левый – соловьи.       (ночь в деревне)

Смотрят на пустой экран и придумывают кино. (игра)

Густо пахла свежескошенная трава.

…это емкое слово «русский»…

Серой тенью мелькнул в траве тарантул.

Он стоял среди нас, незримый, спрятавшись за одного из нас. (15 камень сада Реандзи)

Среди желтеющей травы – алые капли маков.

Вино стекало по стеклу бокала…

«Я шутка, я шутка, я вовсе не медведь!..»

Боль всегда одномерна.

Телевизор – убийца всего, кроме себя.

Был совсем не брезглив, как муха.

Каденция – разрешение, декаданс – разрушение.

В Онслоу больше Бетховена, чем в самом Бетховене, в котором таки изрядно Моцарта.

Если выбрать у Брамса все, что мне в нем не нравится, получится Вагнер.

В первой части гобойного концерта Джованни Платти главная тема – именно найдена. Находка – редчайшая, чудом от нее веет, кажется, что такого не может быть. Но это есть – уже почти 300 лет!

Естественный ритм долгого счета – 1 секунда.

Фраза о джазе

Импровизационность погубила джаз, выхолостив и опустошив его как музыку; став самодостаточной, она превратила джаз в мутный поток экспериментов, как правило, неудачных, во многом случайных и необоснованных ничем, кроме субъективного произвола музыканта; поток экспериментов, имеющий целью внешний эффект, виртуозничание и бесконечные поиски чего-то нового – неизбежно поверхностные, поскольку глубина – это мелодия, тема, которая может быть поистине бездонной; глубина – это уникальность и неповторимость, а не бесконечное ее обыгрывание, что так характерно для джаза: все обыгрывают «evergreens», став музыкальными рантье, похожими друг на друга, как биржевые маклеры, а так называемый «дух джаза» — это очень древний и не принадлежащий какому либо одному направлению феномен совместного импровизационного музицирования, одним из проявлений которого является «ad libitum», что подтверждает фразу «ничего нет нового под солнцем».

Рок глубок, но примитивен. Джаз изощрен, но поверхностен. Бах глубок и сложен, но несовременен. Что же делать? И кто виноват? И где мои очки?

Просто: скрипка, флейта и клавесиин и больше ничего не надо, чтобы два сердца начали биться в унисон. Afettuoso, Бранденбургский концерт №5, Бах Иоганн Себастьян.

Физиологический этюд для гормональной скрипки с ассоциативным оркестром.

Симфония 40 Моцарта – сверхъестественная музыка. Невозможная. Так не бывает. Но я слышу… (дирижер А. Тосканини)

Просто начать слушать инвенции Баха и все меняется, как дерево весной.

Певец с подозрением на столбняк и рядом – на бархатном черном фоне – мраморный профиль концертмейстера.

Только что узнал потрясающую новость: совсем недавно, а именно – 19 октября 2011 года был открыт портал VIKENT.RU. Основной автор портала и его владелец – Игорь Леонардович Викентьев, известный бизнес-консультант, г.Санкт-Петербург.

«Технологии поиска творческих решений» — так можно охарактеризовать тематику портала. Я полагаю, что человек, не «отметившийся» на vikent.ru, просто себя обокрал. Не верите? А вы загляните, не бойтесь…

Привожу несколько целевых ссылок для вашего удобства.

Официальный пресс-релиз об исследовании «Представления россиян о гениальности и талантливости».

Официальный пресс-релиз об открытии портала VIKENT.RU.

Cвободная подписка на ежемесячные новости порталов VIKENT.RU и TREKO.RU.

Встречи Читателей портала VIKENT.RU с И.Л.Викентьевым.

Вдохновения!

Несмотря на преклонные годы, слух у нее был отменный: слышала гораздо больше, чем ей хотели сказать.

Запах больничных передач…

Так и живем: то Ставрогиными, то Мышкиными.

Звук его голоса и слова, которые он произнес, произвели впечатление разбитого оконного стекла.

Старый, как львовская мостовая.

Холодок сбывающейся мечты.

Звук падающих капель был похож на тиканье часов.

Кот по кличке Парадокс.

У него было достаточно воображения, чтобы его не смущало безликое безмолвие вокруг.

Не «утиные истории». Человеческие истории. Это страшнее. Но честнее.

Лучше шарманка с душой первой скрипки, чем первая скрипка с душой шарманки.

Читатель-фантаст.

«Взаимное руконепожатие».

«Без твоих комментариев я давно бы уже скис от скуки».

Метод проб и ошибок: что ни проба, то ошибка.

«Тронулся машиной».

Реклама клиники выглядела очень стоматологично.

Войдя в помещение, громко заявить присутствующим: «Не обращайте на меня внимания!» И услышать в ответ: «Уже не обратили».

Он посмотрел собеседнику в глаза – как будто воткнул в них два ножа.

Нормально – это удовлетворительно. Удовлетворительно – это среднее между неудовлетворительным и хорошим. Значит, «плохо» рядом с «нормально». И с этим нужно что-то делать.

Суперосторожность:

- Что там?

- Пока почти ничего.

Он метался, менял  курс, его смятение нарастало, каждый прожитый день становился его личным врагом, брошенное и недоделанное становилось основанием для беса или демона, который искушал, усугубляя смятение и панику.

Осы и другие музыканты…

Насекомые, например, осы и пауки привыкают к человеку довольно быстро в силу простой организации: через два-три дня могут есть с рук. Одна из ос опустилась на поверхность меда в чаше и ее веса, разделенного на шесть, как раз хватало, чтобы держаться на поверхности и не начать погружаться. Она словно замерла на прогнувшейся пленке, пожирая мед без остановки, ее коготки с увеличением веса начали вязнуть, вмятинки от лапок становились меньше и вдруг она взлетела и шесть ямочек через секунду разгладились. А иной раз, тяжелея от поглощенного меда, оса увязает, начинает перебирать лапками, что категорически не рекомендуется, и вот случается непоправимое: она касается поверхности брюшком… и я вытаскиваю ее. Отпугивая меня от чаши с медом, оса вьется у самого уха, «чтоб слышал». Возникла идея музыкального произведения «Пять ос у чаши с медом» для двух скрипок и альта: диссонирующие друг с другом пунктирные линии с очень узким диапазоном мелодии, прихотливо возникающие и неожиданно замирающие. Тембр инструмента меняется, как от сурдины, в зависимости от того, летает ли оса на открытом месте или внутри чаши, это инвенция на 3 — 5 голосов. Еще музыканты: кузнечики и сверчки летним вечером; первые – высокие, вторые – средние… я – низкие. Два шмеля – дуэт кларнетов – облетали цветки, один за другим, на миг взлетая и вновь умолкая. А вдалеке — неистовый античный лягушечий хор.